Рыков Алексей Иванович
(13 февраля 1881, Саратов — 15 марта 1938, Москва)
Жизнь этого человека можно назвать характерным примером непростой доли профессионального революционера, который во имя своей идеи в условиях царской России множество раз подвергался арестам и ссылкам, терпел нужду и лишения, испытал гонения и вынужденную эмиграцию. Но при этом куда более трагичной его судьба оказалась в советскую эпоху, когда Алексей Иванович Рыков был объявлен врагом того самого народа, за счастье которого он воевал на баррикадах и провел годы в самых жутких тюремных камерах.
Из заявления Н.И.Бухарина, А.И.Рыкова и М.П.Томского Объединенному заседанию Политбюро ЦК ВКП(б) и Президиума ЦКК. 9 февраля 1929 г. Читать...
Судебный отчет по делу антисоветского право-троцкисткого блока. Читать...
О РАБОЧЕЙ МИЛИЦИИ
Постановление НКВД РСФСР от 28 октября 1917 года. Читать...
О ЖИЛИЩНОМ МОРАТОРИИ.
Постановление НКВД РСФСР от 28 октября 1917 года. Читать...
Родился в семье русского крестьянина Ивана Ильича Рыкова, переселенца из слободы Кукарка Яранского уезда Вятской губернии. Его отец занимался земледелием, потом торговлей в Саратове. В 1889 году отец Рыкова уехал на заработки в Мерв, где умер от холеры, оставив семью из 6 человек, состоящую из детей от первого и второго брака.
Детство Рыкова прошло в нужде. Мачеха могла прокормить только своих родных детей. Старшая сестра Клавдия Ивановна Рыкова, служившая в конторе Рязанско-Уральской железной дороги и занимавшаяся частными уроками, взяла на своё попечение мальчика и помогла ему поступить в 1892 году в Саратовскую 1-ю классическую гимназию. Позже, когда 13-летний Рыков был переведён в старшие классы гимназии, он уже сам зарабатывал частными уроками. Любимыми предметами Рыкова в гимназические годы были математика, физика и естественные науки.
В 4-м классе гимназии, в 15 лет, Рыков перестал посещать церковь и исповедоваться, чем вызвал огорчение и упреки со стороны гимназического начальства, несмотря на это ценившего Рыкова за блестящие успехи в учёбе.
Ещё в гимназии Рыков увлёкся революционными идеями, в связи с чем имел неприятности с полицией. Тогда же начал изучать «Капитал» Карла Маркса.
Так, накануне выпускных экзаменов в доме Рыковых был произведен обыск на предмет поиска нелегальной литературы. В годы молодости Рыкова Саратов был «ссыльным городом», местом, где отбывали ссылку за политические взгляды. В городе было несколько революционных кружков, в работе которых Рыков принимал самое активное участие. Значительное влияние на Рыкова в эти годы оказал известный деятель партии социалистов-революционеров Николай Иванович Ракитников. Знакомство со старым народовольцем Валерианом Балмашёвым подвигло Рыкова заняться изучением крестьянского движения. С сыном Балмашёва Степаном, убившим в 1902 году министра внутренних дел Сипягина, Рыков был в приятельских отношениях.
Вступил в РСДРП в 1898 году, активно вел партийную работу в нелегальных кружках.
Революционные взгляды Рыкова стали причиной «четвёрки» за поведение в аттестате. Последнее обстоятельство закрыло перед ним двери в столичные университеты, и ему пришлось поехать продолжать образование в Казань, где в 1900 он поступил на юридический факультет Казанского университета, где ранее учился Ленин.
В том же году 19-летний студент Рыков вошёл в состав местного комитета РСДРП (казанская социал-демократическая группа). В Казани он руководил рабочими кружками, одновременно работая в студенческом комитете. В марте 1901 года рабочая и студенческая социал-демократические организации были разгромлены. После 9-месячного пребывания в казанской тюрьме Рыков был отправлен в Саратов под надзор полиции.
В Саратове Рыков участвовал в попытке создания общей революционной организации социал-демократов и социал-революционеров, но после оформления эсеровской партии эта организация распалась. 1 мая 1902 года Рыков участвовал в организации первомайской демонстрации в Саратове. Демонстрация была разогнана силами полиции и черносотенцев. Сам Рыков чудом избежал расправы; избитый и в крови, он убежал от преследовавших его жандармов.
Через некоторое время, в связи с казанским делом, из департамента полиции прибыл приговор о ссылке Рыкова в Архангельскую губернию.
В 1903 перешел на нелегальное положение, стал профессиональным революционером. Прошел через 8 арестов. В том же году в Женеве впервые встретился с В. И. Лениным. С нелегальным паспортом через два месяца вновь вернулся в царскую Россию и начал работать в Северном комитете социал-демократической партии (Ярославская, Костромская губернии), затем — в её Нижегородском и Московском комитетах.
Вёл партийную работу в Саратове, Казани, Ярославле, Нижнем Новгороде, Москве, Петербурге. По данным Л. Троцкого, Рыков входил в состав Бюро комитетов большинства.
В марте 1905 избран делегатом III съезда партии большевиков в Лондоне. С тех пор он — член ЦК сначала РСДРП(б), а затем ВКП(б). После 3-го съезда он возглавил Петербургский комитет. Активный участник революции 1905–1907 годов.
В 1905—1907 — член ЦК РСДРП, в 1907—1912 — кандидат в члены ЦК РСДРП(б).
После своего очередного ареста в 1908 году Рыков был приговорен к ссылке в Самару под гласный надзор полиции сроком на один год. На место отбытия наказания он прибыл 12 августа 1908 года. Уже на второй после приезда Рыков подал прошение в канцелярию самарского губернатора Владимира Якунина о разрешении выехать за границу «в связи с необходимостью лечения катара горла и прогрессирующей глухоты». Однако в ответ на это письмо ссыльный получил отказ. Тогда при содействии товарищей по партии Рыков вскоре смог снять частную квартиру на улице Садовой и устроился конторщиком к одному из местных лавочников.
За время пребывания в Самаре ему в общей сложности пришлось сменить несколько мест жительства и не меньшее число контор у частных торговцев, откуда его увольняли, как правило, за недисциплинированность и за постоянные опоздания на работу. А еще в открытых недавно архивных документах указывается, что ссыльный Алексей Рыков неоднократно нарушал режим гласного надзора, не являясь вовремя в полицейский участок для отметки, за что его и подвергали административному заключению в Самарскую губернскую тюрьму на срок до 5 суток. В связи с этим ныне в Государственном архиве Самарской области хранятся материалы на административного арестанта Рыкова с его фотографиями и отпечатками пальцев.
В дальнейшем во время ссылки в Самару Рыков еще несколько раз просил у местных властей разрешения на выезд за границу для прохождения курса лечения. Ответы на его письма каждый раз приходили отрицательные, после чего настойчивый ссыльный направил такую же просьбу на имя министра внутренних дел Российской империи. К его удивлению, в феврале 1909 года это его прошение наконец было удовлетворено. В полученной из столицы казенной бумаге указывалось, что «ныне препятствий для выезда Алексея Иванова Рыкова в Швейцарию не усматривается».
Однако ссыльному после этого ответа пришлось провести в Самаре еще месяц – до того момента, пока из канцелярии самарского губернатора не пришло сообщение о том, что здесь «получено разрешение из МВД на досрочное прекращение ссылки Алексея Иванова Рыкова». Уже через два дня бывший ссыльный выехал поездом из Самары - сначала в Москву, а затем через Псков в Германию и Швейцарию.
Хотя на III и IV съездах социал-демократической партии Рыков был избран членом ЦК РСДРП (б), во время очередной своей эмиграции он разорвал всякие отношения с большевиками, поскольку не согласился с Лениным по вопросу партийного единства.
В 1910—1911 — в эмиграции во Франции. В августе 1911 года вернулся в Россию, куда был командирован заграничной организационной комиссией по созыву партийной конференции для работы по организации русской Оргкомиссии.
В итоге в 1912 году на Пражской конференции Рыкова больше не выдвигали в состав Центрального Комитета. Он вернулся в Россию, где вскоре его снова арестовали в Москве и сослали в Архангельскую губернию. В 1912 году освобождён по амнистии, летом того же года вёл революционную работу в Москве.
Затем снова арестовали и сослали на четыре года уже в Сибирь, в Томскую губернию. На место отбытия наказания осужденный прибыл в начале 1913 года. Впрочем, жизнь в таежной глухомани деятельного Рыкова не прельщала, и из этой ссылки он снова бежал.
Как вскоре выяснилось, дальнейший путь революционера-нелегала отсюда опять лежал на берега Волги. В декабре 1914 года в поле зрения агентуры Самарского губернского жандармского управления попал некий гражданин, который проявлял повышенную активность в распространении антигосударственных идей, а по документам он числился крестьянином Уфимской губернии Евграфом Бычковым. Лишь после ареста подозрительного субъекта жандармам удалось установить, что под этой липовой фамилией скрывается беглый ссыльный Алексей Рыков, который пятью годами ранее уже успел не раз побывать в Самарской губернской тюрьме. В этот раз побегушник провел в здешней камере два месяца, после чего его в столыпинском вагоне отправили обратно в Сибирь, в Нарымскую ссылку, где Рыков должен был провести не только недосиженные два года, но еще и дополнительные три месяца в качестве наказания за побег.
Из Нарымского края, в 1915 году попытался бежать, но был задержан и возвращён к месту ссылки.
Освободился после Февральской революции 1917 года. В апреле того же года прибыл в Москву, в мае избран членом президиума и заместителем председателя Московского Совета Рабочих Депутатов. С сентября находился в Петрограде, избран в состав президиума Петроградского Совета.
В 1917 стал одним из организаторов Октябрьской революции, хотя выступал против «Апрельских тезисов» Ленина, считая, что для социалистической революции в России нет объективных предпосылок и толчок к ней должен быть с Запада.
В августе 1917 избран членом ЦК партии.
С октября 1917 г. — член президиума Петроградского Совета (Петросовета).
В октябре был делегатом II съезда Советов, был избран кандидатом в члены ВЦИК.
С 26 октября 1917 — нарком внутренних дел в первом советском правительстве. Пробыв в этой должности до 16 ноября (9 дней), сложил свои полномочия, перешёл на работу в Моссовет. 10 ноября подписал постановление о создании милиции (эта дата до сих пор отмечается в России как День милиции).
Вместе с Л. Б. Каменевым, Г. Е. Зиновьевым продвигал идею вхождения в состав правительства представителей эсеров и меньшевиков. ЦК партии осудил их позицию и потребовал от неё отказаться. Вышел из состава 4 ноября 1917 вышел из состава СНК и ЦК РСДРП(б).
29 ноября 1917 года подал с Каменевым, Милютиным и Ногиным заявление об обратном приёме в ЦК, но получил отказ Ленина: «из заявлений четырёх ясно выступает полное расхождение их с нами, так как они считают, что ЦК пошел на уступки».
Несмотря на это избран депутатом Учредительного собрания.
В апреле 1918 — мае 1921 — председатель ВСНХ РСФСР и одновременно заместитель председателя Совнаркома (май 1921 — февраль 1923) и СТО (май 1921 — июль 1923). В 1919—1920 — чрезвычайный уполномоченный СТО по снабжению Красной армии и флота (чусоснабарм). В 1918 выступил против проведения Красного террора. В 1917—1918 и в 1920—1934 — член ЦК большевистской партии, с 1934 и до ареста — кандидат в члены ЦК ВКП(б).
С 5 апреля 1920 по 23 мая 1924 — член Оргбюро ЦК, с 3 апреля 1922 — член Политбюро ЦК. 6 июля 1923 назначен председателем ВСНХ СССР и заместителем председателя Совнаркома и СТО СССР. С учётом того, что председатель Совнаркома В. И. Ленин был тяжело болен, в руках Рыкова сосредоточилось руководство всей деятельностью правительства.
XIV партконференция, апрель 1925 г., А. И. Рыков четвёртый слева
2 февраля 1924 года Рыков был назначен председателем Совнаркома СССР. Одновременно в феврале 1924 — мае 1929 — председатель Совнаркома РСФСР и с января 1926 года — председатель СТО СССР. После смерти Ленина активно поддержал Сталина в борьбе против Троцкого, а позже — против Зиновьева и Каменева.
Рыков: «Я должен начать свою речь с того, что я не отделяю себя от тех революционеров, которые некоторых сторонников оппозиции за их антипартийные и антисоветские действия посадили в тюрьму. (Бурные, продолжительные аплодисменты. Крики „ура“. Делегаты встают). Голос. Да здравствует ленинский ЦК! Ура! (Аплодисменты)».
В 1924 году, спустя почти 10 лет после введения сухого закона появилась 30-градусная водка, прозваная «рыковкой» по фамилии совнаркома Рыкова. Этикетка на бутылке отсутствовала, а пробка была запечатана сургучом.
Рыков очень много пил, лечился в Германии от пьянства.
В одной из своих речей Ленин говорил о том, что советские руководители любили ездить лечиться за границу. Ездил и А. И. Рыков. И Ленин надеется, что, сделав операцию, немецким врачам удалось вырезать все отрицательное в характере А. И. Рыкова и, оставив это им на память, чтобы А. И. Рыков вернулся наконец свободным от них.
Слова В. И. Ленина вызвали смех в зале.
По воспоминаниям В. М. Молотова, у А. И. Рыкова всегда стояла бутылка водки «Старки»: «Рыковская водка была и этим он славился».
Одним из первых Рыков увидел серьезную опасность для нашей страны в поднимающем голову фашизме в ряде стран Европы. На съезде Осовиахима в 1927 г. он подчеркивал, что капиталистические страны Европы проводят недальновидную политику, оправдывая фашизм как проявление защиты национального самосознания.
В 1928—1929 годах выступал против свертывания НЭПа, форсирования индустриализации и коллективизации.
Он считал основным смыслом НЭПа — образование свободного рынка, стимулирующего подъём не только сельского хозяйства, но и промышленности. Подчеркивал необходимость осуществления нэпа на основе сотрудничества рабочих и крестьян, улучшения реальных условий существования трудового люда. Он считал, что для выполнения этой задачи потребуется несколько десятилетий развития советского общества. Только в итоге такого развития станет возможным «непосредственное социалистическое строительство».
9 февраля 1929 года Н. И. Бухарин, А. И. Рыков и М. П. Томский направили совместное заявление Объединённому заседанию Политбюро ЦК ВКП(б) и Президиума ЦКК.
На апрельском Пленуме ЦК и ЦКК 1929 года была принята резолюция, осуждающая правый уклон, лидерами которого были объявлены Рыков вместе с Н. И. Бухариным и М. П. Томским. После пленума они утратили своё политическое влияние, хотя Рыков формально продолжал оставаться членом Политбюро и председателем Совнаркома СССР. В ноябре того же года признал свои «ошибки» и заявил, что будет вести «решительную борьбу против всех уклонов от генеральной линии партии и, прежде всего, против правого уклона».
Один из подписавших, наряду с М. И. Калининым и А. С. Енукидзе, Постановление ЦИК и СНК от 1 февраля 1930 года «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». Это решение стало основой для проведения массовых мероприятий по раскулачиванию в деревне.
Рыков — единственный из лидеров «правого уклона», оставленный в Политбюро после XVI съезда ВКП(б).
Неоднократно за свою деятельность был раскритикован Сталиным: «Вы знаете историю с вывозом золота в Америку. Многие из вас думают, может быть, что золото было вывезено в Америку по решению Совнаркома, или ЦК, или с согласия ЦК, или с ведома ЦК. Но это неверно, товарищи. ЦК и Совнарком не имеют к этому делу никакого отношения. У нас имеется решение о том, что золото не может быть вывезено без санкции ЦК. Однако это решение было нарушено. Кто же разрешил его вывоз? Оказывается, золото было вывезено с разрешения одного из замов Рыкова с ведома и согласия Рыкова».
19 декабря 1930 снят с поста председателя Совнаркома СССР, а 21 декабря 1930 выведен из состава Политбюро.
Для Рыкова становилась все более очевидной неизбежность ухода с поста главы правительства. 20 декабря 1930 газеты опубликовали постановление Центрального Исполнительного Комитета СССР о его освобождении от обязанностей председателя Совета народных комиссаров и Совета труда и обороны СССР. Преемником был назначен В. М. Молотов. Далее объединенный пленум ЦК ВКП(б) освободил Рыкова от обязанностей члена Политбюро ЦК.
С 30 января 1931 — нарком почт и телеграфов СССР (17 января 1932 наркомат переименован в Наркомат связи).
Михаил Смиртюков вспоминал: «когда его назначили наркомом почт и телеграфов, я слушал его речь… Говорил часа два, немного заикаясь. Всё выступление я уже не помню, но в памяти отложилось, что он главным образом говорил о своих ошибках в работе, о неправильных политических взглядах и каялся».
На XVII съезде ВКП(б) в своем выступлении сказал о Сталине: «Он как вождь и как организатор побед наших с величайшей силой показал себя в первое же время». В 1934 переведён из членов в кандидаты в члены ЦК ВКП(б). 26 сентября 1936 снят с поста наркома.
На пленуме в феврале 1937 исключён из партии и 27 февраля арестован. Содержался в Лубянской тюрьме. На допросах признал себя виновным. В качестве одного из главных обвиняемых привлечён к открытому процессу (Третий Московский процесс) по делу «Правотроцкистского антисоветского блока».
В последнем слове заявил: «Я хочу, чтобы те, кто ещё не разоблачен и не разоружился, чтобы они немедленно и открыто это сделали… помочь правительству разоблачить и ликвидировать остатки охвостья контрреволюционной организации».
13 марта 1938 был приговорён к смертной казни и 15 марта расстрелян на Коммунарском полигоне.
В 1957 подавалась заявка на реабилитацию Рыкова, но её отклонили.
Рыков был полностью реабилитирован Главной Военной прокуратурой СССР в 1988. В том же году восстановлен в КПСС.